Семён К. обратился в суд с требованием взыскать с Артёма Самсонова, бывшего депутата Законодательного собрания Приморского края, 1,5 миллиона рублей в качестве компенсации морального вреда. По словам истца, ущерб он получил восемь лет назад, когда увидел предмет, ставший одним из ключевых элементов уголовного дела против политика. О подаче иска Самсонов рассказал в своём Telegram‑канале, пишет VLADIVOSTOK1.RU.
При этом, как отметил экс-депутат, он лишь однажды видел Семена — на очной ставке 17 ноября 2021 года, причём общения между ними не было. Он настаивает, что до этой даты они не встречались и не были знакомы. Экс‑депутат полагает, что Семёна используют как инструмент для давления на него.
В своём сообщении Самсонов скептически отнёсся к заявленным требованиям: он сравнил ситуацию с историями актрис, добивающихся внимания через иски к известным режиссёрам, и выразил сомнение, что молодой человек (Семёну скоро исполнится 20 лет) действительно мог понести серьёзный моральный ущерб от увиденного предмета.
Самсонов также оспорил ряд деталей, указанных в иске. По его словам, Семён действительно видел упомянутый предмет в палаточном лагере на Шаморе, но не в 2018 году, как утверждается в материалах дела, а в 2019‑м. В подтверждение своих слов политик упомянул фотографии 2019 года, на которых запечатлены дети за столом и сам предмет — при этом Самсонов в тот год в лагере не находился. Что касается 2018 года, то, по данным экс‑депутата, Семён побывал в лагере лишь однажды — с 28 по 29 июля, когда его мать ездила в Китай. Сам Самсонов в это время не был в России: 27 июля он улетел в Корею. Кроме того, по его утверждению, в 2018 году в лагере указанного предмета вообще не было.
Артём Самсонов был приговорён к 13 годам лишения свободы в сентябре 2022 года. Суд признал его виновным в совершении действий сексуального характера в отношении несовершеннолетнего.
Согласно версии следствия, летом 2018 года на базе отдыха у моря Самсонов демонстрировал предмет и рассказывал о его назначении в присутствии 11‑летнего мальчика. Уголовное дело возбудили более чем через три года после предполагаемых событий — на основании заявления подростка.
Бывший депутат свою вину не признал. Он неоднократно подчёркивал, что не находился в лагере в момент предполагаемого преступления и никогда ранее не видел мальчика, ставшего главным свидетелем обвинения. Сторонники и бывшие коллеги Самсонова из КПРФ считали уголовное преследование политически мотивированным и указывали на то, что суд не принял во внимание ряд аргументов защиты.